Официально считалось, что в Советском Союзе социального неравенства нет. Формально у всех были примерно одинаковые доходы и вроде бы равный доступ к самым нужным товарам. Но в жизни все выглядело иначе. Достаточно было взглянуть на квартиру, мебель, бытовую технику или одежду, чтобы понять, кто живёт богато. Самое любопытное в той эпохе с точки зрения современного молодого поколения — достаток измерялся не столько деньгами, сколько доступом к дефициту, импортной бытовой технике и возможностью выезда за пределы города или страны. Сейчас успех чаще считают по уровню дохода, брендам или цифровым удобствам, а тогда многое решал сам факт наличия. Молодёжь редакции PRIMPRESS пообщалась с жителями Владивостока, собрала удивительные для них рассказы о том, как на самом деле выглядела советская обеспеченность, и попыталась разобраться в ценностях бабушек и дедушек (подчас смешивая 60-е, 70-е и 80-е годы XX века в один «длинный год»).
«Когда у нас появился телевизор, это было целое событие. Соседи приходили посмотреть, ребятишки сбегались со двора. Стоило включить фильм и в квартире сразу становилось полно людей», — вспоминает Галина Викторовна, учительница географии.
В СССР главным признаком достатка была техника. Холодильники, телевизоры, магнитофоны не покупали просто так. За ними месяцами, а иногда и годами, стояли в очередях. То, что сегодня кажется обычной бытовой мелочью, тогда могло быть почти семейной победой. Холодильники «Саратов» и «ЗиЛ» считались большой редкостью, и, как говорят жители, очередь за ними тянулась очень долго.
«За холодильником мы записывались заранее. Ждали почти год», — говорит Елена Федоровна, бывший бухгалтер.
Даже наличие базовой техники автоматически поднимало статус семьи в глазах окружающих. Сейчас трудно представить, чтобы уважение вызывал сам факт наличия холодильника, но тогда работала именно такая логика.
«Если у тебя была «стенка», это уже говорило о том, что ты чего-то добился. А если она была не советская, а венгерская или немецкая, это вообще считалось особой удачей», — рассказывает Виктор Дмитриевич, сын моряка торгового флота.
Мебель в квартире была не просто предметом быта. По ней сразу можно было понять, с кем имеешь дело. Дефицитные гарнитуры и аккуратно обставленные комнаты говорили о доступе к лучшим товарам. Особенно высоким спросом пользовались диваны-кровати: они сочетали в себе красоту и удобство. Для маленьких советских квартир такая мебель подходила идеально. Сегодня интерьер часто собирают по каталогу или за пару кликов, а тогда сама возможность выбрать уже считалась привилегией.
«За мебелью мы простояли в очереди несколько лет. А когда ее наконец привезли в гостиную, дом будто стал совсем другим», — Михаил Борисович, бывший товаровед.
«Просто так тогда хорошую вещь не покупали. Ее добывали через знакомых, моряков или в комиссионках», — Ирина Вячеславовна, бывшая швея.
Одежда становилась отдельным показателем достатка. Импортные вещи, привезенные моряками, ценились высоко. Через них можно было достать нейлоновые косынки, шерстяные кофты и платья из Китая. Если современный человек меряет успех логотипом бренда, то советский гражданин — самой возможностью достать импортную вещь.
«Норковая шапка тогда считалась настоящим показателем достатка. Ее даже перетягивали резинкой, чтобы не стащили», — Людмила Юрьевна, воспитатель.
За качественной одеждой люди шли в ателье, где перелицовка была одной из популярных услуг. Спросом пользовались барахолки на Суханова или комиссионные магазины на углу Океанского проспекта и Семёновской. По нынешним меркам это выглядит почти как смесь секонд-хенда, ателье и закрытого клуба по поиску редких вещей.
«В магазине все было одно, а на рынке или у частников — совсем другое дело. Там и рыба свежее, и деликатесов побольше», — Михаил Борисович, бывший товаровед.
Хорошая еда тоже была доступна далеко не всем. Те, кто жил получше, знали, где и как её искать. На рынках на Суханова и в магазине напротив дома Суханова, 6, можно было взять свежую рыбу, картошку и морепродукты.
«Крабов и прочие морские деликатесы могли позволить себе не все. Но если человек это покупал, значит, жил он неплохо», — Наталья Валерьевна, пищевой технолог.
Спортивная набережная тоже была известна морепродуктами, особенно большими крабами, которыми торговали моряки. На Фонтанной и Океанском проспекте в хлебных магазинах продавали выпечку и сладости, которых в обычных магазинах часто не хватало. А рыбный магазин напротив ГУМа был одним из самых популярных мест, где брали деликатесы.
Рестораны тоже были местом не для всех. «Золотой Рог» и «Версаль» считались модными заведениями, куда ходили люди, готовые тратить больше, чем на обычный обед. Сейчас поход в ресторан давно стал частью городской повседневности, а тогда он сам по себе мог служить знаком особого положения.
«Если во дворе стояла машина, всем сразу было ясно, чья она. И это вызывало уважение», — Алексей Павлович, автомеханик на пенсии.
Автомобиль был одним из самых очевидных символов достатка. Его покупка требовала многолетних накоплений и ожиданий. Если сегодня спорят о марках, комплектациях и кредитных ставках, то тогда успех измерялся уже самим фактом обладания машиной.
У большинства людей самой желанной машиной были «Жигули» ВАЗ-2106. В 1980-х она стоила около 7 500 рублей, а средняя зарплата тогда была 168 рублей в месяц. Поэтому без долгих лет экономии и ожидания такую машину было почти не купить. По нынешним меркам — сумма из разряда серьезной финансовой цели, но тогда дело было не только в деньгах, а еще и в доступе.
«Волга» же была настоящей роскошью. Обычно такая машина чаще всего принадлежала заслуженным людям — Героям Советского Союза и Социалистического Труда, директорам предприятий. В 1975 году она стоила 9 150 рублей.
Не меньшее значение имело и жильё. Для многих главным признаком благополучия была отдельная квартира. Собственные стены считались большой удачей, а немало людей по-прежнему жили в коммуналках, где кухня и ванная были общими для всех. Сегодня личное пространство воспринимается как базовая норма, а тогда оно было вполне ощутимым признаком жизненного успеха.
«Самое важное — это своя квартира. Не коммунальная, где одна кухня на всех, а именно личное пространство», — говорила Татьяна Семеновна, врач-терапевт.
Те, кому повезло жить на Суханова или других центральных улицах, могли позволить себе гораздо больший комфорт, чем большинство горожан. О достатке часто судили даже по подъезду: если лестница была чистой, площадки ухоженными, а вход аккуратным, такой дом сразу выделялся на фоне остальных.
Даже в коммунальных квартирах положение жильцов было разным. Партийному работнику, например, могли выделить две комнаты, тогда как обычной семье нередко доставалась только одна.
Еще один важный путь к собственной квартире — жилищные кооперативы. Членство в такой организации давало шанс получить квартиру быстрее и с лучшими условиями. Сейчас это напомнило бы попытку найти более короткий путь к жилью, только правила игры были совсем другими.
В закрытых и портовых городах, таких как Владивосток, складывалась особая ситуация. Город был «витриной» Тихоокеанского флота и рыбной промышленности. На Спортивной гавани моряки торговали привезенными из-за границы товарами — японскими магнитофонами, зонтиками, дубленками и джинсами. В эпоху маркетплейсов и международной доставки трудно оценить, насколько сильное впечатление производили такие вещи.
«Мы раньше других видели импорт. Моряки привозили вещи», — вспоминает Виктор Дмитриевич, сын моряка торгового флота.
Кроме того, высокий заработок на Севере и вахтах позволял людям возвращаться с дорогими покупками.
«Уезжали за длинным рублем, а возвращались уже с техникой и деньгами», — говорит Виталий Геннадьевич, сантехник.
Владивосток стал «окном в мир», где можно было увидеть товары, которые в центральной части СССР оставались мечтой. Сейчас глобальные товары почти одновременно появляются повсюду, а тогда география сама по себе была преимуществом.
В Советском Союзе достаток редко измерялся цифрами в зарплатной ведомости. Гораздо важнее был доступ — к дефициту, к «нужным людям», к редким товарам и возможностям. Телевизор, который собирал весь подъезд. Машина, на которую копили годами. Импортная одежда, добытая через знакомых. Всё это формировало негласную, но хорошо понятную систему признаков благополучия. И, пожалуй, главный показатель достатка тогда — это умение жить чуть лучше других в условиях, где формально все были равны. Сейчас мы иначе называем успех и иначе его демонстрируем, но сама человеческая привычка читать статус по вещам никуда не исчезла.
