Артем Трембовлев: «Опыт «Надежды» по борьбе за экологию востребован по всей России»

9 августа 2019, 11:00

Фото: предоставлено героем публикации
Фото: предоставлено героем публикации | Артем Трембовлев: «Опыт «Надежды» по борьбе за экологию востребован по всей России»

Экологическая ситуация в Находкинском городском округе в последние годы была на слуху у всей страны. Поводом пристального внимания стала деятельность некоторых стивидорных компаний, игнорирующих всевозможные требования законодательства. Несмотря на недовольство общественности, ситуация не менялась на протяжении многих лет. И только в 2017 году, после обращения к президенту страны во время прямой линии, экологическое состояние города и здоровье людей стали в центре внимание руководителей края и надзорных органов. Стивидоры пересмотрели принципы работы и вложили значительные средства в оборудование, которое позволяет удержать в терминалах большую часть угольной пыли. Значительный вклад в привлечение внимания к проблеме внесла и общественная организация «Надежда». Изначально сосредоточившись только на проблемах родного города, сейчас ее активисты значительно расширили зоны своего внимания. Можно смело говорить, что «Надежда» пришла в Приморье. Да и не только. Совсем недавно лидер организации Артем Трембовлев принял участие в форуме гражданских обществ в немецком городе Бонн. Общественник рассказал нашему изданию о том, как из небольшого приморского города удалось выйти на международный уровень и поделился планами на будущее.

– Вы недавно принимали участие в международном форуме «Петербургский диалог». Как организация из далекой Находки добралась до немецкого города Бонн?

– Когда чего-то очень хочешь, к чему-то сильно стремишься, то, наверное, можно побывать везде. Мы стремимся к тому, чтобы все-таки не нарушалось экологическое законодательство и соблюдались права человека в Находкинском городском округе. В первую очередь речь идет о вопросах, связанных с перевалкой угля. Поэтому мы на разных уровнях уже достаточно давно – порядка пяти лет – говорим о реальном положении вещей: о том, какие изменения есть, что хотели бы поменять, о том, что необходимо сделать для того, чтобы проблема загрязнения угольной пылью окружающей среды ушла в прошлое.

– Чего удалось добиться?

– Вы знаете, много что поменялось. Если посмотреть на Находку сейчас и посмотреть на то, что было два года назад, – это просто небо и земля. Я буквально сегодня читал речь губернатора, что стивидоры вложили в совокупности порядка 3 млрд руб. в переоборудование своих причалов. Это действительно видно: и зимой, и сейчас. Вы можете приехать в город и посмотреть, как работают водяные пушки, которые создают завесу для нераспространения пыли, сетки, которые задерживают ее от переноса ветром. Но говорить о том, что предпринятых мер достаточно, я бы не стал. Сейчас ситуация выглядит относительно благополучно. Мы с вами должны помнить, что летом ветры в Находке дуют иначе и угольная пыль уходит в другую от города сторону. Но наступит ноябрь, и поменяются ветры, влажность и ситуация вполне может поменяться снова. Мы продолжим вести мониторинг ситуации, с тем чтобы не допустить повторения того кошмара, в котором мы жили еще два года назад. Хотя то, что я видел зимой этого года в Восточном порту, – это практически ад. Кстати, все эти факты мы озвучивали на «Петербургском диалоге».

- Справедливо ли утверждение о том, что сейчас проблема угольной пыли сместилась в сторону Врангеля?

– Масштабы, которые переваливает тот же «Восточный порт», просто несопоставимы с объемом всех других стивидоров Находки. Зимой мы фиксировали невероятные потоки угольной пыли на ближайшие к терминалу жилые кварталы. В районе Врангеля, помимо него, работают несколько стивидорных компаний, и масштабы последствий их деятельности видно из космоса. Если же говорить про ситуацию в самой Находке, то там положительные сдвиги заметны. Допустим, «Евраз» сейчас стал существенно чище, но еще зимой просто столб пыли поднимался с их территории. Тогда владельцы компании объяснили все тем, что просто сломалось оборудование. Но на люди все же пострадали. Так что посмотрим, как оно все будет сейчас, зимой 2019–2020 гг. В прошлом году серьезные улучшения показал и «Терминал «Астафьева», хотя не все сразу получалось. Сейчас мы отмечаем положительную динамику. Хотя надо сказать, что не все стивидоры успешно выполняют требования экологического законодательства. Допустим, совсем недавно была приостановка деятельности порта Ливадия. Я знаю, что сейчас есть большие претензии к порту «Восточные ворота». Про всех я не могу сказать.

- То есть можно сказать, что проблему с перевалкой угля удалось частично решить именно благодаря общественности.

– Я абсолютно убежден в этом! Говорили об этой проблеме регулярно, но представители стивидоров практически игнорировали обращения жителей. Мол, можете собирать свои подписи и нести их куда угодно, все равно эффекта не будет, ничего не изменится. Но после того, как люди Находки активно выразили свою позицию на масштабном митинге, люди вышли и заявили, что они не хотят жить в пыли от угля, ситуация в корне переломилась. Мы вынесли эту проблему на совершенно другой уровень, федеральный. На ситуацию обратили внимание президент, правительство и ряд контролирующих органов. Да и губернатор сейчас держит вопрос на личном контроле. Так что ситуация изменилась, и изменилась существенно. Напомню, вложено порядка 3 млрд в модернизацию причалов. А бизнесмены – это такие люди, которые не готовы вкладывать какие-то средства в то, что считают для себя не перспективным. Так что изменить ситуацию, заставить заняться природоохранной деятельностью удалось только благодаря тому, что общественность дала четкий сигнал.

- Получается «Надежда» давно перестала быть местечковой структурой по борьбе с углем в Находке?

– Дело в том, что мы видим ситуацию в общем, не только с Находкой и портом Восточный. Совсем недавно совершенно невообразимым образом возник терминал в Партизанске. Это соседний с нами город, и буквально за месяц там выросли огромные кучи угля. Мы об этом тоже говорим, направляем обращение и запросы в определенные органы с просьбой вмешаться в ситуацию. Еще висит угроза перевалки угля в самой Славянке на территории действующих предприятий. Помимо этого, есть еще и Посьет, на который никто не обращает внимания, а он работает, скажем так, тихой сапой – перегружает этот уголь. А есть еще и Совгавань, где такая же проблема существует. Мы тесно общаемся с активистами с Кузбасса, которые говорят о масштабнейших нарушениях при добыче этого угля. И, конечно, мы понимаем, что это проблема общая для многих портов и тех мест, где добывается уголь. Недавно к нам обратились люди из Приморска Калининградской области. Там тоже возникла опасность строительства угольного терминала, и люди хотят перенять наш опыт.

- Перевалка угля – это одна из составляющих экономики любого региона. Как соблюсти баланс интересов: хорошую экологию и занятость людей?

– Наше правительство тоже придерживается такой позиции – я говорю про баланс интересов. Именно ее озвучивала официальная делегация нашей страны на мероприятии в Бонне. По их словам, до 2040 года ситуация по потреблению угля в мире не изменится. И благодаря этому экспорт нашего угля в другие страны будет оставаться приблизительно стабильным. Но надо сказать, что мы не имеем каких-то альтернативных путей для развития экономики на данный момент. И это вызывает сожаления. Мы же не учитываем тот ущерб, который наносится экологии того или иного региона, например в Кузбассе. Хотя, как следствие, приходится тратить средства на восстановление, на зачастую реанимацию бухт, лесов, почвы и так далее. А это серьезные вложения. И вот их тоже надо учитывать при подсчете прибыли от перевалки угля. Я понимаю, что сейчас мы не сможем резко уйти от перевалки угля, не сможем снизить существенно потребление угля внутри России, но прорабатывать альтернативный сценарий нужно.

- Ранее мы затронули ситуацию в Посьете. В Хасанском районе действительно в последнее время неспокойно. Какие проблемы для себя выделяете там?

– Вообще, все, что происходит в районе, на мой взгляд, является позором для всей Российской Федерации. Да, конечно, остановить сейчас работу стивидоров невозможно – сотни людей просто окажутся на улице. Но давайте рассмотрим ситуацию: вот изменилась конъюнктура рынка, прошел 2040 год, потребление снизилось, и люди так или иначе останутся без работы, если нет никакой альтернативы. А именно в Посьете ее и нет. Почему и нет жалоб – все практически работают на стивидоров и потому молчат о том, какие бедствия происходят в поселке. В Славянке люди активны, они не готовы загрязнять свой город и не хотят повторения ситуации в Посьете и Находке. У меня четкая позиция: что заповедные места должны оставаться таковыми. А если планируется строительство порта, то оно должно идти с соблюдением всех требований законодательства. А не так, как это делалось ранее.

- Какой инструментарий планируете применять помимо вашей организации?

– С одной стороны, это немного сковывает, когда из области общественной организации перерастаешь в область политики. Однако мы понимаем, что есть вопросы, которые можно решать более эффективно на уровне законодательных органов власти. Сейчас наша цель, чтобы во всех местах, где возможна перевалка угля, были активисты, которые небезразличны к вопросам экологии и вопросам прав человека, чтобы были представлены интересы горожан, которые неравнодушны к этим проблемам. Пока же мы берем себе время для того, чтобы помочь нашим представителям избраться в мункомы. Но мы также понимаем, что мы не профессиональные политики, и лишь будем пробовать свои силы на местных выборах. Мы стремимся к тому, чтобы голос людей в вопросах экологии, вопросах сохранения природы был слышен, а их мнение – учтено.

PRIMPRESS рекомендует:

Вы отвечаете
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.

Комментариев к этой статье нет
Новости партнеров

Интервью