«Страшно, но во время работы об этом не думаешь»

Медик – о работе на скорой помощи и пациентах
27 апреля 2018, 09:21
Алена Теплова

Фото: Екатерина Борисова
Фото: Екатерина Борисова | «Страшно, но во время работы об этом не думаешь»

Если найдется в нашей стране взрослый человек, которому ни разу не приходилось вызывать карету скорой помощи, – это настоящий счастливчик. Кто-то может ругать «экстренных» медиков за цинизм или не надетые при входе в квартиры бахилы, кто-то считает их почти святыми. Как бы то ни было, когда становится действительно невмоготу, все мы набираем 03.

В преддверии 28 апреля, когда отмечается День работника скорой помощи, PRIMPRESS публикует интервью с одним из рыцарей белого халата. Наш собеседник проработал на скорой два года и согласился ответить на вопросы на условиях анонимности.

Какое нужно получить образование для работы на скорой сколько лет обучения, какие-то особые курсы?

– В зависимости от должности. Есть должность врач СМП, есть фельдшер, а есть медбрат. Чтобы стать врачом СМП, нужно отучиться шесть лет, на фельдшера – четыре с половиной года, а сертификат медбрата (медсестры) можно получить после третьего курса.

В каком составе бригада обычно выезжает на вызов?

– Как правило, в бригаде три человека: водитель, врач или фельдшер и медбрат или санитар. Есть бригады нескольких видов: неотложная, врачебная и акушерская. Но так обычно не работают. Во время вызова уточняются его причина и вредные признаки. Понятно, что на ДТП с ЗЧМТ (закрытая черепно-мозговая травма. – Прим. ред.) не отправят реанимобиль. Но бывают и случаи ЧП.

Бывает, что прямо на улице с кем-то случается беда (припадок, инсульт, травма), а скорая как раз проезжает мимо. Какие на такой случай инструкции?

– Бежать сломя голову к врачам и кричать, чтобы они все бросили и лечили этого пациента, точно нельзя. Нужно звонить в скорую. Если этот автомобиль свободен – он и приедет. Бывают случаи страшнее инсульта, бывает, что машина занята, бывает, что в машине вообще нет врача.

Как распределяется, в какую больницу везти пациента?

– В основном это специализация по отделениям, в экстренных случаях – близость расположения. Есть разница между поступлениями по скорой и амбулаторно. Конечно, по скорой прием быстрее, но это не значит, что по любому поводу нужна скорая: свою роль играет и загруженность отделений.

В СМИ постоянно появляются то рассказы об ужасном состоянии карет и оборудования, то их опровержения. Как обстоят дела на самом деле?

– На самом деле все не так плохо, как говорят. Разумеется, где-то машины лучше, где-то хуже. Основная проблема в нехватке персонала на экипаж. Оборудование работает в 90% случаев хорошо, медикаментов и расходников хватает, но есть загруженность, когда ты просто не успеваешь заехать на подстанцию пополнить запасы.

– Из-за того, что мало персонала, как обстоят дела с выполнением нормативов по времени?

– По нормативам все обстоит очень сложно, но они выполняются. В день на подстанции по городу может поступать 5000 и больше вызовов, почти все выполняются вовремя. Обычно, кстати, оказывается, что или человеку уже совсем невтерпеж и он тянул со звонком до последнего, или совсем нет причины для вызова. Есть, конечно, вызовы по делу, но это редко.

Как можно охарактеризовать вызов «по делу»?

– Вызов, когда человек находится в экстренной необходимости или когда дотерпеть до амбулатории уже не получится. Я имею в виду, что надо знать, насколько тебе плохо: не вызывать скорую на царапину, но и не ждать, пока потеряешь сознание.

Вызовы без реального повода обычно поступают от бабушек, как правило, одиноких. Другой вариант – родители, которые не понимают, что не было причин звонить в скорую, но это уже волнение и гормоны. Бабушки же с ходу говорят диспетчеру про давление, но, когда его измеришь, оно оказывается лучше, чем у тебя после суток. Затем они обычно просят поставить укол и угрожают жалобой. Стандартная модель поведения.

– Лучше бы чаем напоили… Кстати, сотрудникам СМП можно пить чай с пациентами и брать гостинцы?

– Однажды был случай, когда на вызове нам просто дали чай и сказали, что это благодарность. Пить чай можно, но не в рабочее время; гостинцы – это личное дело каждого.

– Что касается человеческих взаимоотношений. Как вообще у пациентов и их близких с вежливостью?

– Пятьдесят на пятьдесят. Если говорить о больных, которым нужен присмотр, чаще всего вежливостью отличаются те, кто часто к ним ходит; а вот те, кто не бывает у пациента по полгода, обычно агрессивные. Сами пациенты в большинстве своем понимают, что это им оказывают услугу, а не наоборот. В отличие от сопровождающих.

 Бывали случаи, когда приходилось применять полученные на работе навыки где-то еще? Прохожему стало плохо, например, соседский ребенок травмировался?

– Бывали. При мне происходило несколько эпи-приступов, и приходилось спасать больного скорее от неквалифицированной помощи, нежели от самого заболевания. Помощники все время пытаются раскрыть рот, что-то протолкнуть, чтобы «не проглотил язык», а от этого не будет ничего, кроме травм. Например, как-то мы выступали на концерте, у басиста была светочувствительная эпилепсия. Прямо во время выступления начался припадок, он упал, и музыканты из группы пытались вставить ему в рот варган.

На самом деле в подобной ситуации нужно ограничить человека от травм, которые он сам себе может нанести. Подложить что-нибудь мягкое под голову, положить на бок, если это возможно, придержать, если сильные судороги. При крайней необходимости вызвать скорую.

Насколько корректно автомобилисты ведут себя по отношению к скорым?

– Это кошмар. Вот только один случай из жизни – еще на первом курсе, на практике. Отправили в пункт переливания крови. От краевой станции переливания крови дорога в сторону Покровского парка односторонняя, там встали два водителя, как бараны на мосту, и кричали друг на друга, а на нас внимания совсем не обращали, несмотря на сирену.

В среднем, правда, на сирену реагируют. Мне везло – ни разу не случилось беды из-за того, чтобы кто-то не пропустил на дороге, максимум пациенту приходилось терпеть лишнюю тряску.

В городе много мест, где придомовая территория страшно запаркована и сложно проехать. С этим бывали проблемы?

– Разумеется, но с этим ничего не поделаешь. Приходится нести пациента дальше, если, конечно, не получится достучаться до хозяина машины сигнализацией.

В том году был подготовлен законопроект, согласно которому машины скорой помощи и пожарные получили бы право ради спасения жизней притирать и расталкивать неправильно припаркованные, мешающие автомобили. Как ты относишься к такой идее?

– Вспоминается случай с горящим банком у нас в городе. Тогда этого не хватало. Уверен, что оно того стоит, но не в случае рядовых вызовов. Во-первых, водители не виноваты в отсутствии мест, во-вторых, никто потом не защитит бригаду от этих водителей. Я очень жду, когда появится возможность брать с собой на смену тот же перцовый баллончик, хотя бы девушкам.

А сейчас есть какая-то защита медиков от возможной агрессии?

– Нет, никакой. В прошлом году был законопроект о защите медиков с правовой стороны, но там ничего серьезного.

Приходилось сталкиваться с нападениями?

– Да, такое бывает, и не только в СМП. Вот однажды был вызов на пляж, тепловой удар. По факту, когда мы прибыли, человек пришел в себя и отказался от госпитализации. Но социально активные персонажи, которые знают «больше нас» и «сами работают в медицине», решили доказать, что мы не правы и обязаны заниматься именно этим пациентом, а не ехать на следующий вызов. Были попытки насилия, но мы вовремя запрыгнули в машину и уехали.

В кино и сериалах часто показывают врачей, в том числе и работников скорой. Насколько это похоже на действительность?

– Не так много примеров видел, но всегда смешило, как подпрыгивает тело при дефибрилляции в кино. На самом деле все происходит, разумеется, не так.

Сотрудники СМП действительно получают копейки? Можно узнать примерную цифру? Хватает ли на жизнь?

– Все зависит от квалификации. В плане зарплаты мои знания немного устарели, вот уже год, как я работаю в другом месте. Но да – зарплата действительно небольшая, особенно по меркам нашего города. Я получал в среднем 20 000 рублей при большом количестве смен, это что-то между одной и полутора ставками. Вообще в сутках три смены по восемь часов, обычно работают сутками, потом отдыхают. Кому как удобно: у меня после первых суток всегда повышается работоспособность. Поэтому брал то сутки, то двое подряд. Одна ставка – это 10–11 суток в месяц.

Работа на скорой как она сказывается на психологическом и физическом здоровье?

– Есть разные люди. Кто-то перегорает и теряет человечность, это не обязательно плохо. Кто-то, наоборот, начинает из-за каждого случая теряться. Важнее всего осознавать, когда есть вина медика, а когда – вина пациента. В любом случае врач всегда делает больше, чем может. На уровне законодательства врач очень плохо защищен, может очень легко попасть под суд, а может и вовсе под чей-то самосуд.

– Наверное, страшно так работать? Что держит?

– Это очень сильно затягивает. Кто-то должен этим заниматься. Страшно, но во время работы об этом не думаешь, от тебя зависит чья-то жизнь. Мне нравится, как это воспитывает тебя, я с первого курса попал на практику в реанимацию, затянуло.

За это время поменялось отношение к людям?

– Нет, я всегда относился к происходящему, как к работе, наверное, с детства циник.

А как к работе относятся близкие, вторая половина? Нет просьб по медицинской части?

– Девушка и сама учится в медицинском, а родные иногда звонят и что-то спрашивают, но ничего серьезного.

Случалось ли приезжать к знакомым?

– Да, было такое. Друг вызывал себе скорую, а приехал я. Оба очень удивились. Отношения между пациентом и врачом контролируются деонтологией (раздел этики о проблемах долга. – Прим. ред.). Я мог бы и отказаться с ним работать, но считаю, что это было бы глупо. А вот в случае с родственниками, конечно, отказался бы.

Есть ли какие-то персонажи, известные среди сотрудников СМП?

– Да, у каждой бригады свои. Кого-то любим, понимаем, кого-то не очень. Была бабушка, которая часто вызывала, но не без повода, всегда хорошо о нас отзывалась, никогда не грубила, все процедуры делала. Восстанавливалась после инсульта, часто было высокое давление, всегда угощала нас печеньками.

– Часто ли поступают вызовы к бомжам и как они отличаются от остальных?

–  Как правило, вызовы поступают на просто мирно спящих пьяных персонажей (у обывателей, вызвавших скорую, обычно не хватает смелости подойти и убедиться, а нужна ли медпомощь). Работать с ними порой проще, чем с «обычными» пациентами. Таких вызовов очень много, иногда для одних и тех же персон по нескольку раз в день.

У нас есть так называемая палата лордов, куда отправляют пациентов без определенного места жительства. Туда не положат стандартных пациентов, это своеобразный карантин (запах невыносимый). Здесь пациентов лечат, как и всех остальных, кормят, пытаются отмыть. Иногда они сами стремятся сюда попасть. На первом курсе мы, входя в такую палату, были в нескольких масках, пульверизаторами со спиртом пытались перебить запах, потом привыкли.

Часто пытаются давить на клятву Гиппократа?

– Очень, а еще любят ее коверкать из-за отсутствия знаний. «Клятва гиппопотаму», «клятва Геродоту» и все, что созвучно. Обычно про нее говорят как раз те люди, которые потом лезут в драку. На самом деле эта клятва давно устарела, и сейчас она только традиция. При получении диплома о высшем образовании выпускник дает клятву врача. Это измененный вариант клятвы Гиппократа, отличия в моментах безвозмездности и этики, больше не обязует врача безвозмездно передавать знания, не запрещает делать аборты.

PRIMPRESS рекомендует:

Вы отвечаете
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.

Комментариев к этой статье нет

Интервью

Новости партнеров